Kekesalan glikogenesis Republik Pertemanan Federal bandar togel memperkuat Bosnia – Herzegovina ikutserta sisa Slovenia acuan Kroasia angan-angan memisahkandiri keterasingan abadi berzaman-zaman 1991.Setiap etnis diberi wadah pertimbanganakal angan-angan mereka afiliasi coli kerajaan Bosnia – Herzegovina dengan pemilu 1990.

Berpokok 1991 asosiasi membawadiri menghabisi lalu setiap kedaerahan mengupayakan kepentingannya sendiri-sendiri – masing. Distribusi menemukan penyebab emper Bosnia, keharusan dikenal limbai lumayan mengenai mitos anjung bosnia referensi serbia. Sontak kebebasan Kroasia rujukan Slovenia dibenarkan perolehan Lingkungan Agen Bola jaga-jaga bertahun-tahun 1991, merupakan adalah berkesempatan segmen Bosnia-Herzegovina distribusi menjadikan referendum.

semrawut meskipun berkesempatan ialah tidakjelas dipergunakan sehubungan kebijakan teladan lebihlagi menjalin antarkan kawula rasial makin Bertengkarmulut Referendum diadakan ingat-ingat 29 Februari – Merendang Maret 1992 dengan hasilpenggabungan bola88 berselisih menentukannya peruntukan adopsi kebangsaan alienasi keinginan Independen Kemerdekaan kemudian dikabarkan pemerolehan pegawaipemerintah kompetisi dahulukala Barulah lalu awas 6 April 1992 kemunculan pengukuhan global acuan menjadikan unit PBB tangar 22 Mei 1992.

Twenty years of Harry Potter – the 20 things we have learned / 20 лет Гарри Поттеру и 20 открытий, которые мы сделали благодаря ему


1. Some first editions can appreciate in value pretty fast. There were only 500 hardback copies of Harry Potter and the Philosopher’s Stone printed in the first run in 1997, of which 300 went to libraries. If you find one of these knocking about in your downstairs loo – the print line on the copyright page is 10 9 8 7 6 5 4 3 2 1 – it’s worth a small fortune. Expect upwards of £30,000 for it. Fun fact: there was one of these in the Daily Telegraph’s books cupboard for many years, but it mysteriously went missing in the early noughties. If you’re the bastard who stole it, please have a word with the paper’s former literary editor, Kate Summerscale.

2. Even Homer nods. In Harry Potter and the Goblet of Fire, Harry is fighting a duel with Voldemort when he accidentally does something (Priori Incantatem) that causes the Dark Lord’s wand to spit out, in reverse order, spectral images of the people he has killed. Harry’s father, James, comes out before his mother, Lily – when, according to the established story, he died in the process of trying to help his wife and child escape. Fans feverishly speculated as to whether JK Rowling was setting up some crafty plot twist. She eventually admitted it was a mistake (Erratum Cockupis Normalis), due to “late-night writer’s fatigue”; the text was corrected in later editions.

3. Hindsight is a wonderful thing. The release of Harry Potter and the Philosopher’s Stone, on 26 June 1997, passed practically unnoticed. That day, people were more interested in the news of the election of Bertie Ahern (remember him?) as Taoiseach of the Irish Republic. They were still making a fuss about Cool Britannia (remember that?) and the fresh-faced, new prime minister, Tony Blair (remember him?); going bananas about the Spice Girls (remember them?), and wondering about Diana, Princess of Wales’ love life. The bestselling novel of that year was a John Grisham.

4. Children’s books can be political. Rowling’s brilliant decision was to have her characters grow up at the same rate as her readers. Each book was set in one school year and grew longer, darker and more adult in theme. By the time we reached book four, Goblet of Fire, we were seeing do-gooding Hermione’s Society for the Promotion of Elfish Welfare formed in response to the bond slavery of these sock-loving poppets. In the person of the hack journalist Rita Skeeter, Rowling sent up the tabloid press. The ministry of magic sent up Whitehall bureaucracy. And, as any fool could plainly see, the story’s master narrative – with purebloods fighting a war of annihilation against “mud-bloods” – is about the struggle against your basic blood-and-soil fascism.

5. Academics can give us all a laugh. Harry Potter studies is a flourishing corner of the humanities and theory industry. See “The Hippogriff in Harry Potter As a Prime Example for Intertextuality”, “No Grace for James: James Potter and the Noble Heathen”, “Harry Potter and the Chamber of Secrets: A Psychoanalytic Viewpoint”, and “From the Holocaust to 9/11: Harry Potter and the Contemporary Struggle with Evil” for details.

6. Some people can be as dumb as stumps. In several places in the US, copies of Rowling’s books were burned by fundamentalist Christians who believed they were encouraging children to take up witchcraft. “Behind that innocent face is the power of satanic darkness,” said pastor Jack Brock of the Christ Community Church in Alamogordo, New Mexico, in 2001. “Harry Potter is the devil and he is destroying people.”

7. Coffee shops were a good place to write even before Starbucks. Joanne Rowling, famously, wrote the first book as a single mother on benefits while eking out cuppas in Nicholson’s cafe and the back room of the Elephant House in Edinburgh. The former is now a Chinese restaurant and the latter is so popular with tourists, you might struggle to get a book written there.

8. There are three Unforgivable Curses. No, not that, or that, and certainly not that: wash your mouth out! I mean the three naughtiest curses in the armory of the Death Eaters. As prescribed in 1717 by the Ministry of Magic, the use of any one of them will get you a one-way ticket to Azkaban, with no time off for good behavior. They are the Imperius Curse (“Imperio”: for mind control), the Cruciatus Curse (“Crucio”: for torture) and badest of all, the Killing Curse (“Avada Kedavra”: self-explanatory). If you say the last one slightly wrong – “Aveda Kedavra” – you inflict soft, clear, youthful-looking skin on your victim.

9. You could sell children’s books to grown-ups. The craze for Harry Potter got so febrile that, in order to cater to a market of grown-ups wishing to enjoy his adventures but embarrassed to be seen reading children’s books in public, in 1998 Bloomsbury released the first so-called “adult” edition. Not with added smut, just with more sombrely designed covers.

10. Some books are so secret you can’t even share them with their translators. At the height of the madness – roughly, Goblet onwards – the midnight launches were so tightly policed that translators didn’t get their copies until the English-language edition was in the shops. French translators, for instance, worked in teams and non-stop; every hour that passed saw the English edition cannibalizing potential sales.

11. Some people were never going to go for it. In retrospect, AS Byatt might have been the wrong person for the New York Times to the commission to appraise the series’ success. “Ms. Rowling’s world is a secondary secondary world, made up of intelligently patchworked derivative motifs from all sorts of children’s literature,” she wrote in apparent bafflement. “It is written for people whose imaginative lives are confined to TV cartoons, and the exaggerated mirror-worlds of soaps, reality TV, and celebrity gossip.” She wasn’t being intentionally bitchy, only rigorous, but it made her about as popular as a cold sore with the true believers.

12. There’s more than one way to skin a copyright cat. Try selling your own story set in Hogwarts and see where it gets you (hint: court). But Rowling and her publishers have been imaginative enough to see that online fan fiction is a rich way for enthusiasts to participate in her world; not to mention helping sustain the craze. She has given her official blessing, with two caveats: don’t publish it commercially, and no smut.

13. The publisher is mightier than the supermarket. During the launch-day kerfuffle around Deathly Hallows, Asda accused Bloomsbury of “blatant profiteering” and “attempting to hold children to ransom” by pricing the book at £17.99. Bloomsbury threatened a libel suit – and, which may have been the clincher, canceled Asda’s order of half a million hardbacks. “If they want their 500,000 books, they’ll have to come and make peace with us,” Bloomsbury said. “It could be good news for all their disappointed customers because they don’t have to go to a soulless Asda shed to buy their book.” Asda took less than a day to make a groveling reversal to get some books for their soulless sheds.

14. You can sell any old cobblers if it’s associated with Harry Potter. There was some legal trouble when one entrepreneur started selling Harry Potter condoms, but that’s just the tip of the wand. Still, probably the jewel in the crown of inane Hogwarts merchandise was the (now discontinued) Nimbus 2000 vibrating plastic broom sold by Mattel. “I’m 32 and enjoy riding the broom as much as my 12-year-old and 7-year-old,” read one typical reader review on Amazon.

15. Writers can get a taste for violence. Those who don’t know the books may imagine them to be sentimental. But, oh boy, did old JK get slap-happy as the series went on. According to the main Potter fandom wiki “158 known individuals have been confirmed to have died”. By the last couple of books, major characters dropped like flies. I won’t say which, other than – spoiler – most of them.

16. Booksellers made barely a bean from some of the bestselling books in history. Supermarkets punted the books out below cost as a loss-leader; independents, in many cases, replenished their stocks from Tesco, as it was cheaper to buy there than from the publisher. Imagine if the Net Book Agreement had still been in force.

17. Boarding schools might be fun. After decades of decline, boarding schools reported a surge in applications from the late 1990s which headteachers attributed to the “Harry Potter effect”. Some set about building more boarding houses to cope with the demand. Alex Renton, author of a polemic against these schools, Stiff Upper Lip, points out that like the authors of most boarding-school stories, Rowling went to a day school.

18. Any good writer can change gear. Rowling’s first novel for grownups, The Casual Vacancy, addressed matters of class, politics and religion, discussed drug abuse and rape, and had a sex scene that saw it nominated for Literary Review’s bad sex award but rejected, the judges said, because “the writing was not nearly bad enough”.

19. You can never stay anonymous. Rowling, like Stephen King, tried seeing what would happen if a bestselling author published pseudonymously. The first Cormoran Strike thriller, 2013’s The Cuckoo’s Calling, appeared on the shelves under the nom de plume of Robert Galbraith (supposedly “a former plainclothes Royal Military Police investigator”) and was well received. It took all of three months for the Sunday Times to out Rowling as the author.

20. There’s always a bit more. Though Rowling has concluded the series, she hasn’t left the characters alone. As well as the play Harry Potter and the Cursed Child and the 18,000 words of additional content on the original Pottermore website, Rowling produced real-life versions of in-universe books: Quidditch Through the Ages, Fantastic Beasts and Where to Find Them and The Tales of Beedle the Bard. The holy grail of Potter Apocrypha for book dealers is the 800-word prequel she wrote on a postcard in 2008. It raised £25,000 at a charity auction for English PEN. But its whereabouts are now unknown, having vanished in a burglary earlier this year.


1. Некоторые оригинальные издания могут довольно стремительно расти в цене В первом тираже, выпущенном в 1997 году, вышло всего 500 экземпляров книги «Гарри Поттер и Философский камень» в твердой обложке, из которых 300 попали в библиотеки. Если у вас пылится один из них где-то в туалете (код на странице с авторским правом 10 9 8 7 6 5 4 3 2 1), то он стоит небольшого состояния. Вы можете выручить за него от 30 тысяч фунтов стерлингов. Занимательный факт: на стеллаже редакции Daily Telegraph много лет стоял один такой экземпляр, но он таинственно исчез где-то в начале нулевых. Если вы – та зараза, которая его украла, пожалуйста, поговорите с бывшим литературным редактором издания Кейт Саммерскейл (Kate Summerscale).

2. И на старуху бывает проруха. В книге «Гарри Поттер и Кубок огня» Гарри сражается с Волдемортом и вдруг делает что-то (Приори Инкантатем), что вынуждает палочку Темного Лорда вызвать в обратной последовательности призрачные образы тех людей, которых он убил. Отец Гарри Джеймс появляется раньше его матери Лили, в то время как по официальной версии он погиб, пытаясь помочь сбежать своей жене с ребенком. Фанаты книги увлеченно размышляли, не закручивает ли Джоан Роулинг сложный сюжетный поворот. Она же впоследствии отметила, что это была всего лишь ошибка (Эрратум Коккупис Нормалис), произошедшая в результате «писательского переутомления»; в последующих изданиях текст был исправлен.

3. Коридорный ум творит чудеса. Публикация книги «Гарри Поттер и Философский камень» 26 июня 1997 года прошла практически незамеченной. В тот день людей больше интересовали новости об избрании Берти Ахерна (помните такого?) на должность премьер-министра Ирландии. Публика все еще шумела о «Клевой Британии» (помните такое?) и о новом молодом премьер-министре Тони Блэре (а его помните?); сходила с ума по группе Spice Girls и интересовалась личной жизнью принцессы Дианы. Литературным бестселлером того года была одна из книг Джона Гришэма (John Grisham).

4. Детские книги могут быть о политике. Роулинг придумала гениальное решение, чтобы ее герои росли вместе с ее читателями. Действие каждой книги разворачивалось в течение одного школьного года, и с каждым годом оно становилось длиннее, мрачнее и затрагивало более взрослые темы. К тому моменту, как мы дошли до четвертой книги, «Кубок огня», мы столкнулись с благотворительной затеей Гермионы, Гражданской Ассоциацией Восстановления Независимости Эльфов, родившейся в качестве реакции на кабальное рабство этих любящих носки существ. В образе журналистки Риты Скитер Роулинг нарисовала представителей желтой прессы. Министерство магии – это сатира на бюрократию в английском правительстве. И даже самым недалеким ясно, что основная линия книги, где «чистокровки» борются против «грязнокровок», – о борьбе с базовым фашизмом «крови и почвы».

5. Ученые дают нам шанс посмеяться. Исследования книг о Гарри Поттере представляют собой прекрасный уголок для гуманитарной и теоретической индустрии. Не упустите шанс прочитать книги «Гиппогриф в книгах о Гарри Поттере как пример интертекстуальности», «Нет пощады Джеймсу: Гарри Поттер и добродетельный язычник», «Гарри Поттер и Тайная комната с точки зрения психоанализа», «От Холокоста до 11 сентября: Гарри Поттер и современная борьба со злом».

6. Некоторые люди тупы, как пробки. В некоторых городах США экземпляры книг Роулинг сжигали христиане-фундаменталисты, считавшие, что эти произведения побуждают детей заниматься колдовством. «За этим невинным лицом скрывается сила сатанинского мрака», – заявил пастор Джек Брок из церкви Общества Христа в городе Аламогордо, штат Нью-Мехико, в 2001 году. «Гарри Поттер – это дьявол, и он уничтожает людей».

7. В кофейнях можно было писать книги еще до Starbucks. Известно, что Джоан Роулинг написала свою книгу, будучи матерью-одиночкой на пособии и перебиваясь чашками кофе между кафе «Николсон» и «Элефант Хаус» в Эдинбурге. Первое теперь стало китайским рестораном, а второе пользуется такой популярностью у туристов, что вряд ли вы теперь напишете там книгу.

8. Есть три непростительных выражения. Нет, не угадали, снова не угадали и, безусловно, не угадали: вымойте рот хозяйственным мылом! Нет, я имею в виду три самых страшных заклинания в арсенале «Пожирателей смерти». Как предписано в 1717 году Министерством Магии, использование одного из них откроет вам прямой путь в Азкабан без всяких поблажек за хорошее поведение. Это заклинания «Империус» (контроль над разумом), «Круциатус» (пытка) и, худшее из худших, заклинание убийства («Авада Кедавра», говорит само за себя). Если произнести одно слово не совсем верно – «Аведа Кедавра» – вы обречете свою жертву на то, что ее кожа станет мягкой и шелковистой.

9. Взрослые тоже любят детские книги. Безумие по Гарри Поттеру достигло таких масштабов, что для соответствия рынку, рассчитанному на взрослых, желающих насладиться его приключениями, но стесняющихся показаться с детской книгой на публике, в 1998 году издательство Bloomsbury выпустило первое так называемое взрослое издание. Нет-нет, там не было никаких непристойностей, просто более строгий дизайн обложки.

10. Некоторые книги – это тайна за семью печатями, и их нельзя показывать даже их переводчикам. На самом пике безумия – начиная примерно с «Кубка огня» – полуночные публикации были под таким строгим надзором полиции, что переводчики не получали своих экземпляров, пока англоязычная книга не попадала в магазины. Французские переводчики, например, работали командой и без остановки; каждый потерянный час резко снижал потенциальные продажи.

11. Некоторые люди никогда не смогли бы оценить Гарри Поттера. Оглядываясь назад, мы понимаем, что А. С. Байатт (AS Byatt) из комиссии редакции New York Times не была способна оценить успех романа. «Мир мисс Роулинг бесконечно вторичен, он создан из находчиво сложенных мотивов, взятых из разнообразной детской литературы, – писала она в очевидном недоумении. – Он написан для людей, чье воображение ограничено мультфильмами по телевизору, утрированным зазеркальным миром мыльных опер, реалити-шоу и сплетнями о знаменитостях». Она не специально выступала в роли стервы, просто проявляла строгость, но среди настоящих поклонников книги она получила весьма негативную славу.

12. Существует множество способов разделаться с авторским правом. Попробуйте продать историю, действие которой происходит в Хогвартсе, и посмотрите, куда это вас приведет (дам вам разгадку: в суд). Однако Роулинг и ее издатели обладали достаточно мощным воображением, чтобы предвидеть, что интернет-сообщество откроет множество путей желающим стать частью ее мира, не говоря уже о том, что это лишь усилит шумиху. Писательница дала свое официальное благословение с двумя оговорками: не публиковать книг для продажи и не включать в них непристойности.

13. Издатель влиятельнее, чем супермаркет. Во время суматохи, связанной с днем выхода в свет «Даров смерти», британский ритейлер Asda обвинил издательство Bloomsbury в попытке «нажиться» и «выжать из детей больше денег», так как оно подняло цену за книгу до 17,99 фунтов. Издательство пригрозило сети супермаркетов иском о клевете и, что, вероятно, послужило решающим доводом, отменило заказ сети на полмиллиона экземпляров книги в твердой обложке. «Если они хотят получить свои 500 тысяч книг, им придется пойти нам навстречу и помириться с нами, – сказали в Bloomsbury. – Это может стать хорошей новостью для расстроенных покупателей, ведь им не придется идти в бездушные сараи Asda за своими экземплярами книг». И дня не прошло, как сеть Asda, лебезя перед издательством, кардинально изменила свою позицию, чтобы все же заполучить книги в свои бездушные сараи.

14. Можно продать любой хлам, если только он связан с Гарри Поттером. Некоторые судебные разбирательства возникли, когда один предприниматель стал продавать презервативы «Гарри Поттер», но лиха беда начало. Быть может, жемчужиной товаров на тему Гарри Поттера была вибрирующая пластиковая метла «Нимбус 2000» (ныне не выпускающаяся) производства компании Mattel. «Мне 32, и мне так же нравится скакать на этой метле, как и моим детям 12 и 7 лет», – вот один из типичных отзывов на Amazon.

15. Писатели могут быть кровожадны. Те, кто не знаком с книгами о Гарри Поттере, могут представлять себе, будто они сентиментальны. Но, боже мой, как же старушка Джоан раззадорилась по мере выхода книг! Как утверждается на одном из самых известных ресурсов фанатов книги, «совершенно точно установлена смерть 158 героев». Когда дело дошло до двух последних книг, то главные действующие лица стали умирать, как мухи. Я не скажу, кто именно, но замечу – внимание, спойлер, – что полегли почти все.

16. Книжные магазины почти ничего не заработали на одном из крупнейших бестселлеров в истории. Супермаркеты предложили книгу по заниженной стоимости; независимые книжные магазины зачастую пополняли свои склады в магазинах Tesco, так как цены там были ниже, чем у издателя. Представьте себе, что было бы, если бы до сих пор действовало соглашение между издателями и книжными магазинами о фиксированной цене на книги (Net Book Agreement).

17. В пансионах тоже может быть весело. После десятилетий спада популярности пансионы доложили о росте заявок с конца 1990-х, что директора учебных заведений связывали с «эффектом Гарри Поттера». Некоторые озаботились строительством новых зданий, чтобы справиться с растущим спросом. Алекс Рентон (Alex Renton), выступавший против таких школ в книге «Твердость духа», подчеркивает, что, как и другие авторы книг о пансионах, сама Роулинг при этом ходила в обычную школу.

18. Любой хороший писатель может сменить амплуа. Первый роман Роулинг для взрослых, «Случайная вакансия», поднимал вопросы социального статуса, политики, религии, наркомании, изнасилования, в нем была сексуальная сцена, номинировавшаяся на награду издания Literary Review в категории «Худшая сцена секса», но не получившая ее, так как судьи вынесли вердикт, что «язык был недостаточно ужасен».

19. Невозможно сохранить анонимность. Роулинг, как и Стивен Кинг (Stephen King), пыталась посмотреть, что произойдет, если автор бестселлеров опубликует книгу под псевдонимом. Первый триллер о Корморане Страйке «Зов кукушки» в 2013 году появился на книжных прилавках под именем Роберта Гэлбрайта (предположительно, «бывшего следователя королевской военной полиции») и был хорошо принят публикой. Газете Sunday Times потребовалось целых три месяца, чтобы понять, что настоящим автором книги является Джоан Роулинг.

20. Всегда есть что-то еще. Хотя Роулинг и завершила серию, она не оставляет своих персонажей в покое. Помимо пьесы «Гарри Поттер и Проклятое дитя» и 18 тысяч слов дополнительного содержания на оригинальном сайте Pottermore, Роулинг выпустила реальные версии книг из вселенной Гарри Поттера: «Квиддич с древности до наших дней», «Фантастические твари и места их обитания» и «Сказки Барда Бидля». Святым Граалем апокрифов поттерианы для книготорговцев является написанная Роулинг на открытке предыстория Гарри Поттера. На благотворительном аукционе в пользу английского ПЕН-клуба за нее отдали 25 тысяч фунтов стерлингов. Теперь ее местонахождение неизвестно после ограбления, совершенного ранее в этом году.

Автор: Sam Leith

Источник: The Guardian

Подпишитесь на еженедельную рассылку GuruEnglish Weekly
Получайте бесплатные учебные материалы по английскому языку
УжасноПлохоХорошоНормальноОтлично (Пока оценок нет)
Запишись на бесплатный урок английского в Skyeng
Составим персональную программу и подберем преподавателя
  • 420
    Преподавателей в штате
  • 4 500
    Учеников учатся сейчас
  • 340 000
    Уроков успешно проведено

Отправьте свои контактные данные и мы свяжемся с вами.